Дети подземелья (статья из sparkler )

Для большинства людей пещеры – что-то темное, сырое и страшное. На самом деле под землей спрятан целый мир, изучать который очень интересно. Там глазу открываются невероятной красоты пейзажи, несравнимые с тем, что мы привыкли видеть «на поверхности».

Эстетическое наслаждение спелеологам гарантировано. Удивительные сталактиты растут снизу, сталагмиты – сверху, сталагнаты стоят величественными колоннами. На стенах образуются невероятные рисунки из вымытого известняка – натечки. В некоторых пещерах есть даже «хрустальный дождь» – тоненькие сталактиты, художественно свисающие с потолка.

В пещере ты теряешься во времени и пространстве. Там полнейшая темнота и тишина. И если оторваться от товарищей, ощущаешь удивительную отрешенность от обычной жизни. Истории известны эксперименты, когда люди на несколько дней оставались в пещере в одиночестве и просто сходили с ума.

Спелеология – это и туризм, и спорт, и преодоление себя, и отличный способ провести время с друзьями. Кроме того, спелеологи имеют уникальную возможность – сделать географическое открытие и оказаться в местах, где никто еще не бывал.

Иркутская область – один из немногих регионов России, где сложились такие географические условия, что в земле смогли образоваться полости. Подобные области есть на Дальнем Востоке, в Красноярске, на Урале, в Крыму и Краснодаре. Каждая пещера – неповторимый географический памятник природы, как бы пафосно это ни звучало.

По форме пещеры бывают горизонтальные и вертикальные, с узкими и широкими лазами, с большими и маленькими комнатами, одноуровневые и в несколько этажей. Существуют так называемые камины – ходы между двух отвесных стен, и шкуродеры – очень узкие лазы, в которых движения спелеолога крайне скованы. Соответственно, и техники прохождения пещер различаются: с использованием веревки, специального оборудования или просто с помощью собственной физической силы.

Специфический запах, царящий в пещерах, узнает каждый спелеолог. Гнилостный, сладковатый, отдающий известняком и серой. Однажды мы ездили на поиски, и я ушел вперед группы. Пришел на место, где предполагалось найти вход в пещеру, и провалился под землю. Слава богу, что в стене торчало бревно – я пролетел три метра и упал на него. Но не в этом суть. Когда я, немного изучив «открытие», вернулся к своим единомышленникам, они сразу определили, что я был в пещере. Потому что за короткое время вся одежда так пропитывается запахом подземелья, что, даже пройдя зимой 10 км пешком, от него не избавишься.

Что еще удивительно – вода в пещере абсолютно невидима. Она фильтруется сквозь землю и становится настолько чистой, что незаметна глазу. Вот уж точно, пока не наступишь – не заметишь.

Температура в пещере примерно +5–6 градусов, независимо от сезона. Поэтому, приезжая зимой в долгие экспедиции, мы часто ночуем прямо под землей. В каждой более-менее большой пещере мы знаем, где есть ровная площадка, подходящая для лагеря. Некоторые даже справляют дни рождения в пещерах, и я не исключение.

Кодекс спелеолога передается из уст в уста, от старших к младшим. Основные его постулаты: ничего не ломать, не выносить из пещеры камни, не нарушать микрофлору, не оставлять никаких следов посещения. В пещере особая микрофлора, и любой клочок бумаги вскоре покрывается сиреневой плесенью и гниет.

А вдруг обвалится? Это самый обывательский вопрос, который только можно придумать! Все пещеры образуются в известняковых или глиняных породах, и благодаря этому создается некий крепкий панцирь. Обваливаются они крайне редко, только во время сильных землетрясений. Максимум, что возможно, – когда камни висят над пропастью, кто-то из людей может их задеть и случайно скинуть. На такой случай есть команда «Камень!», и все прижимаются к стенкам.

Клаустрофобы считают пещеры чем-то убийственно страшным. На самом деле пещеры в большинстве своем достаточно просторные. За каждым лазом открывается большое пространство, где чувствуешь себя совершенно спокойно. Бывают такие огромные пещеры, в которых, наоборот, теряешься. Там весь стадион «Труд», например, может поместиться. Это нереально. Порой проходишь в маленькую дырочку, а попадаешь в подземный город.

Шкуродер – только это реально страшно. Так называют узкие ходы, за которыми, по злой шутке природы, чаще всего кроются самые красивые залы. Спелеологов, которые лазят по шкуродерам, называют глистами. Чаще всего это маленькие и худые парни, потому что женская психика такой нагрузки не выдерживает. По шкуродеру ты лезешь без каски и снаряжения, руководствуясь одним правилом – если пролезла голова, пролезет и тело. Бывает, что по ходу лаза тебе приходится перевернуться на спину, поставить ноги определенным образом, чтобы оттолкнуться. Бывают острые камни, которые раздирают одежду и даже оставляют шрамы. Порой приходится и вовсе лезть «на выдохе», чтоб протиснуться. Но самое неприятное, когда в конце лаза ты обнаруживаешь тупик и, за отсутствием даже маленькой комнатки, не имеешь возможности развернуться и пятишься назад.

Если ты застрял в шкуродере, главное – не паниковать. Иначе ты начинаешь быстро дышать, грудная клетка расширяется, и вот тогда можно получить серьезную травму. Так что, засовывая голову в шкуродер, ты должен быть уверен в своем хладнокровии. Не сомневаться, что в случае чего сможешь прождать пару часов, пока товарищи придут и спасут тебя.

Есть узкие ходы, в которые нужно лезть вниз головой. Я бы посоветовал всем, кто решается на такое, заранее удостовериться в наличии комнаты в конце пути. Потому что если ты вдруг застрянешь или упрешься в тупик, вряд ли твои спутники смогут просто вытянуть тебя за веревку вверх. И у тебя останется не больше двух часов. Без шуток, в перевернутом состоянии через два часа ты просто умрешь.

Лучше не ходить в пещеру одному, хотя многие исследователи пренебрегают этим правилом. И уж точно, собираясь под землю, нужно оставить в своем спелеоклубе и в МЧС данные, куда и на сколько ты пошел. Чтобы в случае чего люди знали, где тебя искать. Дабы отбить желание быть одиноким странником, советую всем посмотреть фильм «127 часов».

Никто не пустит тебя в пещеру без подготовки. Разве что в составе туристической группы и в сопровождении опытного спелеолога, но так ты ничего сверхъестественного не увидишь. Для тех, кто серьезно подходит к вопросу, важно пройти обучение. Сейчас в Иркутске несколько спелеоклубов, в каждом числилось человек по 30. 

В клубе вам дадут не только практические навыки, но и теоретическую базу: проведут лекции по истории развития пещер, по методике поиска, по технике составления топосхем. Вы узнаете основные имена ученых, связанных с нашей областью: Филиппов, Хороших, Докучаев. Последний, к примеру, ведет базу пещер уже 20 лет. И обнаружив новую подземную красавицу, новый лаз или зал, ты должен рассказать ему о своем открытии.

Самая важная техника – спасательная. Мы не ходим в пещеры, если хотя бы 30% из участников экспедиции не знают, как вытаскивать пострадавшего. Человека весом 60-70 кг протащить по пещере очень тяжело. Без подготовки это практически нереально, особенно если речь идет о вертикальных стенках. Надо по всем правилам физики вязать полиспаст, создавать блоки, чтобы облегчить задачу. На тренировках мы добивались того, что даже девушки вытаскивали парней в полтора раза тяжелее себя на 20 метров вверх.

Тренировки юных спелеологов проходят либо на Витязе, либо на скальнике под смешным названием Политеховская старуха. Поначалу они похожи на уроки скалолазания. Но на самом деле наша техника намного более сложная и разнообразная.

Спелеологу важно уметь работать с веревкой – вязать узлы, складывать 60-метровую веревку в компактный клубок, проверять ее на прочность. Второй по необходимости предмет амуниции – каска. Когда даже самый маленький камушек летит с высоты 30 метров кому-то в голову, это очень опасно.

Главный фетиш спелеолога – это фонарики. Каждый обязательно берет с собой два фонаря: основной и дополнительный свет. Однажды я остался в пещере без света – это неприятно. Вокруг абсолютная темнота. Вначале ты судорожно ищешь зажигалки и прочие излучающие свет предметы. А потом приходится двигаться на ощупь.

Всех перворазников на выходе из пещеры мы мажем глиной. Мы называем это ритуалом посвящения. Вообще, над новичками принято издеваться – отправлять их в длинные лазы с тупиком в конце, пугать страшными историями.

Специфическая мифология сложилась в наших рядах. Чего стоит, например, серия страшных рассказов про белого спелеолога. Дескать, был такой парень, которого товарищи забыли в пещере. Теперь он выслеживает всех, кто отстает от своей группы, и мучает. Еще более страшная легенда – о красной дорожке. Если ты случайно встанешь на такую дорожку, попадешь прямиком в загробный мир. Откуда эти рассказы берутся? Просто частенько в пещере ты сутки можешь не спать, изучая округу, и тебя начинают посещать галлюцинации. Даже свет фонарей воспринимается по-другому.

В каждой пещере есть «хозяин». Обычно это самый большой сталактит, к которому мы относимся с особым почтением. Иногда мы даже делаем подношения – пуговички и прочие мелочи, но после ухода важно не забыть их убрать.

Некоторые идут в пещеры за кладами. Недавно мы тоже ходили в такой поход. По легендам местных жителей в небольшой пещерке метров 30 высотой во времена коллективизации жили бандиты. Их-то сокровища мы и надеялись найти. Безуспешно.

Спелеология давно стала спортивной дисциплиной – некоторые проходят пещеры на скорость, осваивают все более совершенные методы спуска. Мне это неинтересно. Ты ведь ничего не успеваешь рассмотреть, не получаешь впечатлений. Куда интереснее собирать большие компании и открывать что-то новое для себя, а порой и для человечества. У меня была идея залезть во все пещеры Иркутской области. Их около двухсот. 40 из них я уже покорил, как дело пойдет дальше, загадывать не буду.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *